Архив новостей

Май2018

пн. вт. ср. чт. пт. сб. вс.
30123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031123

Если вы нашли ошибку на сайте

Система Orphus

Спасибо!

1917 год: как российская нефтяная промышленность сгорела в пожаре революции

Туземцы, казаки, рабочее самоуправление и бюрократы добили истощенную войной отрасль.

(8 декабря 2017 10:43 , ИА "Девон" )

Сто лет назад, в революционном 1917 году, российская нефтяная промышленность была полностью разрушена. О том, почему в богатой нефтью империи не стало топлива, рассказывает Александр МАТВЕЙЧУК в журнале «Сибирская нефть». Информ-Девон приводит этот материал в сокращении.

 

ПЕРСЫ-ПОДЖИГАТЕЛИ И ДЕФИЦИТ СТРОЙМАТЕРИАЛОВ

К началу Первой мировой войны в обеспечении страны нефтью и нефтепродуктами назревали проблемы. В 1913 году в Петербурге состоялся II Всероссийский съезд по горному делу, металлургии и машиностроению, где было принято постановление «По вопросам нефтяной промышленности». В нем говорилось: «…кризис нефтяного топлива выразился в сильном вздорожании цен и в недостатке этого топлива на рынке».

У этого было несколько причин. В России максимальный показатель нефтедобычи в 706,3 млн пудов был достигнут в 1901 году, и в последующие три года происходило его снижение до 654,4 млн пудов.

А 22–25 августа 1905 года рабочие-персы устроили серию поджогов на нефтяных промыслах Апшеронского полуострова. Пожар уничтожил более половины скважин. Как сообщала газета «Нефтяное дело», «… общая добыча нефти в 1905 году выражается 410 млн пудов, по сравнению с 1904-м на 216 млн менее. В августе месяце уничтожено промыслового имущества на десять миллионов рублей». Отечественная нефтяная промышленность так и не смогла оправиться от этого потрясения.

В 1904 г. объем российской нефтедобычи составлял 67% от американской, а в 1914 году - 25,1%. Последствия для всей национальной экономики проявились в «топливном голоде» начала второго десятилетия ХХ в. и стали одной из причин революционных событий 1917 года, говорится в исследовании доктора исторических наук Александра Иголкина.

В условиях войны и хозяйственной изоляции экономическая и социальная система Российской империи стремительно теряла устойчивость. После успешного австро-германского контрнаступления в мае–июне 1915 года в Галиции и «Великого» отступления русской армии правительству России стало ясно, что бесперебойное снабжение армии боевыми припасами, оружием, горючим, а также военно-техническим имуществом и продовольствием имеет решающее значение для исхода войны.

Между тем устойчивую работу нефтяной отрасли из-за дефицита необходимого оборудования и материалов обеспечить было трудно.

18 июля 1915 года военный министр Алексей Поливанов писал министру торговли и промышленности Всеволоду Шаховскому: «…ввиду почти полного истощения в бакинском и в других нефтедобывающих центрах необходимых для добывания нефти материалов — железа, труб, цемента — представляется (….) принять меры, во избежание грозящей приостановки работ по добыче нефти, к должному обеспечению нефтяных предприятий по возможности всеми вспомогательными средствами для их непрерывного действия».

Обострение ситуации со снабжением привело к созданию в 1915 г. специальных регулирующих органов с широкой компетенцией — Особых совещаний по топливу, перевозкам и продовольствию. В структуре ОСОТОП с целью «обсуждения и объединения мероприятий по обеспечения нефтью и нефтепродуктами» была создана «Нефтяная секция».

В 1915 году в России было добыто 568,8 млн пуд. (9 млн 111 тыс. т) нефти, что было явно недостаточно для потребностей воюющей страны.

В 1916 году, несмотря на ряд принятых мер, положение существенно не улучшилось: было добыто 602,1 млн пуд. Специалисты предсказывали наступление еще более тяжелых испытаний.

 

«МОГУЧИЕ СИЛЫ ОБНОВЛЕННОЙ ВЕЛИКОЙ РОССИИ»

К началу 1917 года из-за экономической разрухи и обострившейся нужды, вызванной войной, в стране назрел глубокий всеобщий кризис, который привел к революции и крушению самодержавия.

Царь отрекся 2 марта. К тому же времени уже был создан Исполком Петроградского совета и «Временный комитет Государственной думы для водворения порядка в Петрограде и для сношения с учреждениями и лицами». Было сформировано Временное правительство России во главе с  князем Георгием Львовым.

Уже на следующий день была обнародована и программа Временного правительства.

Нефтяники Апшеронского полуострова в основном приветствовали смену власти. Предпринимательскому и инженерно-техническому сообществу в то время казалось, что новая власть оправдает чаяния нефтяной отрасли. 10 марта 1917 года Временное правительство отменило все ограничения на занятие нефтяным промыслом.

Выступая в Городской думе Петрограда в присутствии членов Временного правительства, глава ведущей российской компании «Товарищества нефтяного производства братьев Нобель» Эммануил Нобель произнес речь. «Я говорю от имени всей русской нефтяной промышленности. Твердо веруя в могучие силы обновленной великой России, мы ставим себе ближайшей задачей своевременное обеспечение наших военных сил нефтяными продуктами, потребными для армии и флота на земле, на воде, под водой и в воздухе», заявил он.

В начале весны 1917 года в стране стали явственно ощущаться признаки топливного голода. Промышленные предприятия и электростанции получали все меньше нефтетоплива, а население — осветительного керосина. Причины этого явления оставались прежними. В телеграмме министру промышленности и торговли Александру Коновалову заместитель Председателя Совета съезда бакинских нефтепромышленников Александр Парониан сообщил о том, что нефтяная промышленность сильно страдает от недостатка металлов.

Нефтяная секция ОСОТОПа выработала предложения о поддержке нефтяников, а Коновалов на встрече с делегацией российских нефтепромышленников пообещал им «всемерное содействие» в выводе отрасли из кризисного состояния. Однако все начинания застревали в бюрократической трясине министерств и ведомств.

Впрочем, решение топливной проблемы не могло быть достигнуто одним лишь улучшением положения на российских нефтяных промыслах. Узким местом в сфере нефтепродуктоснабжения оставался и железнодорожный транспорт.

30 марта Коновалов направил письмо военному министру Александру Гучкову о невозможности обеспечить Петроградский район достаточным количеством минерального топлива. Он предложил поставить работу заводов и предприятий района была в прямую зависимость от количества топлива и сырья, которое фактически может быть доставлено в столицу. Это помогло смягчить остроту топливной проблемы, но лишь на короткое время.

Летом 1917 года положение продолжало ухудшаться. Промышленные предприятия в массовом порядке закрывались. Возникли перебои и с автомобильным топливом, что привело к введению карточной системы в столице. Правительство пыталось бороться с топливным голодом организационными мерами, но обстановка на нефтяных промыслах продолжала ухудшаться.

 

КАЗАКИ-НЕФТЯНИКИ И РАБОЧЕЕ САМОУПРАВЛЕНИЕ

Одним из деструктивных факторов стала активность самодеятельных органов, рабочих комитетов, которые стали брать на себя решение вопросов как общего и технического руководства, так и кадровой политики. Некомпетентность этих органов, самовольные захваты производств, изгнание с нефтяных промыслов инженеров и техников и  установление рабочего самоуправления лишь вели дело к полному краху российской нефтяной промышленности.

Временное правительство лихорадочно искало пути выхода из кризиса. В качестве одной из мер предполагалось заинтересовать рабочих непосредственным их участием в акционерном капитале и распределением прибылей между рабочими и служащими.

23–29 марта 1917 года делегаты Кубанского и Терского казачьих войск в ходе всероссийского Общеказачьего съезда впервые затронули вопросы о справедливом пользовании нефтяными богатствами Северного Кавказа.

В итоге Гучков разрешил Первому Войсковому кругу распоряжаться войсковыми доходными статьями, капиталами и имуществом (лесами, землями, водами, земными недрами, соляными озерами и т.п). На основании этого Терское казачье войско приняло на себя в отношении нефтяного промысла все права, принадлежавшие ранее правительству.

В мае правительство страны одобрило «Правила о нефтяном промысле на землях Кубанского и Терского казачьих войск», дававшие широкие права казачеству в осуществлении предпринимательской деятельности в нефтяном деле.

В то же время войсковые правительства Кубанской и Терской областей выступили против новообразованной нефтяной инспекции.

Грозненские нефтепромышленники, находившиеся в эпицентре углубляющейся межнациональной розни, поддержали их. 30 сентября они направили письмо министру торговли с просьбой об отсрочке создания инспекции.

 

АБРЕКИ И ПОЖАР ДЛИНОЙ В ПОЛТОРА ГОДА

20 октября 1917 года уполномоченный ОСОТОПа в Грозненском нефтяном районе инженер Турьян телеграфировал министерству: «Чрезмерно развившиеся грабежи со стороны хорошо вооруженной части туземного населения в окрестностях промышленного района, а также на близлежащих станциях и хуторах, создали тревожные настроения и панику у населения и в рабочих массах… Необходимы срочные решительные меры к охране Владикавказской дороги, нефтепровода и всего промыслового района. Полумеры и промедление приведут к катастрофе». Однако Временное правительство его не услышало.

1 сентября 1917 года Россия была провозглашена республикой. Власть перешла к Александру Керенскому. В обществе зрело разочарование, и правительство решили создать новый координационный орган с более широкими полномочиями - Центральный комитет по топливу. Однако времени на это уже не оставалось.

Большевистский Совет народных комиссаров во главе с Владимиром Ульяновым-Лениным также не смог остановить катастрофу. Мнимая безграничная свобода, декларируемая революционерами, спровоцировала обострение националистических и сепаратистских настроений.

В ноябре 1917 года в один из своих набегов на Новогрозненские промыслы чеченские абреки подожгли нескольких буровых вышек, в результате чего возник грандиозный пожар. Председатель военно-революционного комитета А.Л. Зомбе сообщил в Петроград: «Нефтяные промыслы нового Грозненского района, дававшие ежемесячно 5–6 млн пудов нефти, разгромлены и сожжены полностью . Восстановление промыслов при настоящих условиях невозможно».

Было уничтожено все нефтепромысловое оборудование и механизмы, основные объекты инфраструктуры: нефтехранилища, механические мастерские, насосные и котельные станции. Был разрушен нефтепровод Грозный — порт Петровск и его наземные сооружения. Новогрозненские нефтяные месторождения продолжали гореть в течение полутора лет.

2 декабря «Особое совещание по топливу» вместе с «Нефтяной секцией» было подчинено Всероссийскому Совету народного хозяйства, а через четыре недели вовсе преедано в ведение созданного «Отдела топлива ВСНХ».

Революционные потрясения 1917 года углубили проблемы нефтяников. Объем добычи нефти только на Апшеронских промыслах за весь 1917 год составил 402,8 млн пуд., по сравнению с 1916 годом уменьшившись на 73,7 млн пудов. В Грозненском нефтяном районе было добыто всего 68 млн 530 тыс. пудов. Низкие показатели нефтедобычи были отмечены также и на промыслах Кубанской и Уральской областей.

Все это стало началом суровых испытаний, которые выпали на долю российской нефтяной промышленности в последующий период Гражданской войны 1918–1921 годов.

Поиск по теме: история

 

к следующей новости раздела

18 декабря 2017

Как создавалась нефтянка Башкирии

к предыдущей новости раздела

12 сентября 2017

Обыденная виртуальность “Татнефти”

к следующей новости главной ленты

8 декабря 2017

Делегация Алтайского края с ответным визитом посетила «Татнефть»

к предыдущей новости главной ленты

8 декабря 2017

РИТЭК одобрил два проекта КФУ по сланцевой и битумной нефти